Маяковский о назначении поэта и поэзии

Нет, пожалуй, в мире ни одного поэта, который бы не писал о задачах поэзии. Прозой, стихами, критическими статьями - все равно. Что же до Маяковского, то ему приходилось еще и отстаивать свое поэтическое кредо, защищать свои взгляды в постоянной борьбе, защищать статьями, выступлениями, главное, стихами. Он считал себя бойцом революции и был им, утверждая, что стихи пишутся по “социальному заказу” .

Маяковский всегда был там, где “нужно” . “Грозный смех” - так назвал он впоследствии книгу избранных текстов и рисунков к плакатам. Смех действительно был грозный.

А в годы нэпа поэт, засучив рукава, очищает страну от “разной дряни и ерунды” . Грубые, резкие, уничтожающие насмешливые строки Маяковского били без промаха. “Поэт вылизывал чахоткины плевки” , - с гордостью скажет он себе потом.

Молодой Советской республике нужна реклама, и Маяковский берет на себя эту задачу. Да, такого рекламщика страна не видела и вряд ли когда увидит. Когда за дело берется гений, оживает и реклама (“Нигде, кроме как в Моссельпроме” , “Заходите, покупайте хорошие соски. Лучше не было и нет. Готов сосать до старости лет” . Может быть, еще что потребуется? Не стесняйтесь, все будет. А вот “Курить бросим - яд в папиросе” ) .

Маяковский с полным правом скажет потом: “Я себя смирял, становясь на горло собственной песне” . Но поэзия остается поэзией. Маяковский, прежде всего, лирик. Его стихи - это по-настоящему искренний и теплый разговор с читателем, а многие даже и написаны в форме разговора.

В статье “Как делать стихи” Владимир Владимирович писал о том, что только разница в качестве отделки стиха и создает разницу между поэтами. Он высмеивает Уткина, Кириллова, Жарова за старую форму, небрежность в стиле, хотя с самими поэтами был связан теплыми товарищескими отношениями. “Первый, купивший книжку о рыжем Мотеле, - я” , - говорил он и считал эту стихотворную “Повесть о рыжем Мотеле” Иосифа Уткина талантливой вещью. Это не мешало ему поругивать Уткина, и в статье “Как делать стихи” Уткин, кажется, тоже упомянут.

Очень сложным было отношение Маяковского к классикам. Поэт всю жизнь оставался правоверным футуристом, считая своих друзей, особенно Хлебникова, гениальными. Он принимал участие в составлении манифеста футуристов, однако уже в дореволюционные годы его творчество не умещалось в рамки этого манифеста.

Литературоведы стараются очистить поэта от “грехов молодости” , от ниспровержения классиков. Очищать не стоит. Одно стихотворение Маяковского “Юбилейное” , посвященное А. С. Пушкину, делает это лучше всех: Я люблю вас, но живого, а не мумию.

Навели хрестоматийный глянец. Вы, по-моему, при жизни, думаю, тоже бушевали. Африканец! Александр Сергеевич, да не слушайте ж вы их! Может, я один действительно жалею, что сегодня нету вас в живых.

Маяковский считает, что поэт должен быть не похожим ни на кого. Не повторять того, что уже сделано, быть новым, неожиданным. В “Послании пролетарским поэтам” он тревожится, как бы не остыл творческий поиск, как бы не почили лирики на лаврах.

Он не строгий папаша, он товарищ, он понимает, что поэзия - дело тяжелое.